wrapper

«Почаевничаем?» - такой вопрос мы, россияне, часто задаем своим гостям. За чашкой чая мы обсуждаем политические и семейные проблемы, плачем и смеемся, ни одни наши домашние посиделки не обходятся без этого напитка. Но для нас чай – это всего лишь повод для беседы, некий атрибут. В Китае же к этому ритуалу совсем иное отношение. В этом действе отражены многие эстетические принципы народа, его философские мировоззрения. Об особенностях китайского чайного искусства я беседовала с Александром Шу и Борисом Саптаковым, сотрудниками Клуба Чайной Культуры «Ча-И», созданного на базе «Школы Конфуция» РГППУ.

Девять детей, живущих с родителями, одиннадцать – вышедших во взрослую жизнь, шесть бабушек и два дедушки – и все они в одном доме! Едва ли каждый встречный родитель может похвастаться таким количеством родственников. А Раушания Маликовна и Захид Постамыевич Имайкины - могут! Эти чудесные люди живут в небольшом селе в Пермском крае.

Началось всё в далеком 91 году, когда Имайкины взяли первого ребенка.

«На тот момент у нас уже было две кровных дочери. Врачи сказали мне, что я больше не смогу иметь детей. А у первого нашего приёмного сына, Айдара, на тот момент погибли родители. Родственники его сказали, что сёстрами его займутся сами, а Айдара отдали на воспитание нам. А спустя два года я, вопреки диагнозу медиков, сама родила сына», - рассказывает Раушания Маликовна.

Так, к 1995 году в семье Имайкиных стало четверо детей. Но потом в их жизни появляется отдел опеки, предложивший открыть семейный детский дом.

В Екатеринбурге более 30 японских ресторанов, и кухня этой страны уже давно не является экзотикой: роллы и суши стали популярнее, чем рестораны фаст-фуд. Кавказская кухня в этом списке занимает более скромную позицию. Парадокс: деликатесы далекой Японии знакомы всем, а национальная кухня республик, входящих в состав нашей страны, широкого признания не получила.

Но есть люди, неравнодушные к этой проблеме. Благодаря им в городе открываются кафе и рестораны национальной кухни народов России. Конечно, у владельцев таких заведений немало трудностей. Кафе национальной кухни, будь то осетинская, узбекская, азербайджанская кухня, вызывает  у возможных посетителей настороженность. Во многом это связано со стереотипным отношением к горным народам. Но надежда разрушить несправедливые мифы только крепнет. Самые активные представители создают национальные общественные организации и объединяют свои усилия.  Открытие ресторана – один шагов в борьбе за признание. О стремлении осетин к этой цели мы расскажем в своем материале.

За относительно небольшую историю трудовой миграции из Таджикистана десятки тысяч таджикских мигрантов за нарушения миграционного законодательства были депортированы из России. Соответственно таким лицам въезд в Россию запрещается на пять лет с момента депортации.

Некоторые из депортированных мигрантов меняют имя и фамилию, чтобы опять отправиться в Россию за желаемым заработком не дожидаясь истечения срока. Некоторые не имеют информации, что он на самом деле депортированы и снова отправляются в путь. Но есть и много трудовых мигрантов, которые терпеливо дожидались истечения пяти лет, чтобы снова отправиться на заработки в Россию. Однако по каким-то обстоятельствам их имена не были в установленные сроки исключены из списка лиц, которым въезд в Россию запрещен. Все они встречаются с тем, что при пресечении границы им не разрешат въезд в страну и отправят обратно.

Подобная ситуация произошла с Рустамом, который был обратно возвращен в Таджикистан с Домодедово тем же рейсом, которым он отправился в Россию. Здесь возникает вопрос, а кто будет оплачивать расходы на возвращение таких лиц в страну исхода, в частности авиаперевозку, и должно ли это делать лицо, которое возвращается?

«Если бы я мог найти достойную работу в Таджикистане – ни за что бы не уехал», - говорит 30-летний Шухрат, впрочем, такое  мнение высказывают большинство таджикистанцев, работающих в Российской Федерации. Слишком уж большую цену платят гастарбайтеры за возможность заработать свои кровные, а потом высылать ежемесячно по 200 - 400 долларов своим семьям. Платят трудовым мигрантам мало, но  в любом случае, это лучше и выше того, что они могли бы найти рядом с домом. Не секрет, что заработок трудового мигранта меньше, их часто обманывают, не выплачивая зарплату, унижают, но они готовы всё терпеть, ведь другого пути, для многих из них, просто нет, да и большинство из них, надеются на законы, защищающие трудовых мигрантов вдали от своей Родины.

Таджикистан имеет обязательства перед своими трудовыми мигрантами по ст. 23 Международной конвенции о защите прав всех трудящихся мигрантов  и членов их семей, они имеют право  на получение защиты и помощи со стороны консульских или дипломатических учреждений.  Большинство опрошенных трудовых мигрантов из Центральной Азии считают, что многие проблемы мигрантов исчезли бы, если бы Правительства двух государств подписали необходимые межгосударственные соглашения, которые действительно облегчат процесс пребывания мигрантов. Так кто же защитит трудового мигранта, попавшего в беду? Откуда ждать помощи? Как  помогают таджикским гастрарбайтерам консульские учреждения, неправительственные организации, правовые центры и общественные движения?

Представить себе российские  рынки без мигрантов, практически невозможно. Как-то и не вырисовывается портрет самарских рынков с чисто славянским лицом и российским гражданством. По российскому закону, на рынках РФ могут торговать только счастливые обладатели красного паспорта с золотым двуглавым орлом.


Кадровых изменений на рынках не наблюдается

Сафар из Таджикистана уже 4,5 года торгует сухофруктами на одном из самарских рынков неподалеку от ТЦ «Аврора». Богатству выбора, этого не большого рынка, позавидовал бы и восточный базар: здесь круглый год пахнет кинзой и солеными огурчиками, свежими помидорами, всегда изобилие  сухофруктов, мясные туши, а в рыбном ряду можно купить почти все сорта рыбы, здесь же рядышком лежат устрицы с раками… Каждый продавец расхваливает свой товар, но особенно настойчиво  предлагают что-то купить, ну или хотя бы попробовать, кавказцы и азиаты…  Видя в моей внешности соотечественницу, Сафар всё равно не сразу идёт на контакт, и на мой вопрос: «А у вас есть российское гражданство?», отвечает: «Ты полиция, что ли?». «Нет»,- говорю, - «просто интересуюсь, ведь теперь торговать разрешено только гражданам России». Сафар уверяет меня, что у него с документами всё в порядке, поэтому и торгует, при этом ни слова о российском гражданстве.

Екатеринбургский Еврейский Культурный Центр  «Менора» – один из немногих прогрессивно и активно развивающихся национальных центров в нашем городе. В СМИ то и дело появляются публикации на тему того, что совместно с «Менорой» вновь был проведен очередной концерт или какой-нибудь литературный вечер. Даже у незнающих складывается впечатление, что в ЕЕКЦ работают люди, которым действительно небезразлична их культура и деятельность в центре. Видно, что центр создавался не просто для галочки, а для реального развития. Об этом и о многом другом мы побеседовали с Аллой Борисовной Домнич, руководительницей и «мамой» центра.

"За прошедшую неделю российские СМИ захлестнула волна обсуждений по поводу фиктивных браков трудовых мигрантов и россиян. Эти обсуждения начались еще 5 апреля и продолжились до 12 апреля" - информирует Центр по правам человека Таджикистана и делится своим мнением по этому поводу.

У него нет акцента и оранжевой формы. Он не работает на стройке и прекрасно знаком со всеми благами цивилизации. Он интересен в общении и уважителен к собеседнику. Его зовут Равшан. И он из Таджикистана.

Таково уж массовое сознание, которое падко на всякого рода низкие шуточки. Последние несколько лет при слове «таджик» в глазах у среднестатестического жителя России рисуется неопрятный строитель в оранжевой форме с явными проблемами интеллектуального характера. И те, кто не знаком с культурой Таджикистана, по глупости своей полагают, что созданные организаторами нижепоясного шоу герои – реальные жители этой страны. Мне удалось найти человека с таким же именем, и расспросить его, как живется Равшану в России.

Равшан Каримов – студент одного из крупных ВУЗов Екатеринбурга (какого именно – собеседник просил не уточнять). Приехал в Россию он из города Худжанда – большого областного центра в Таджикистане...

У разных народов существуют свои правила встречи Нового года. Если только некоторые из этих правил применить в одном месте, может получиться приблизительно такая картина...