«СНГ+1»: Иран предложил Содружеству новый формат сотрудничества

9 октября 2026 года на саммите Совета глав государств СНГ в туркменской «Авазе» президент Ирана Масуд Пезешкиан предложил создать формат «СНГ+1» — гибкий и эффективный механизм для диалога и сотрудничества между Содружеством и Тегераном. Иранский лидер, впервые присутствовавший на саммите в качестве специального гостя, назвал своё участие «ценной возможностью укрепить существующие связи и открыть новую главу сотрудничества» с государствами Содружества.

Суть предложения

Пезешкиан сформулировал инициативу предельно конкретно: «Формат „страны — члены Содружества Независимых Государств + Иран“, или „СНГ+1“, должен быть создан в качестве гибкого и эффективного механизма для диалога и сотрудничества». Речь идёт не о полноценном вступлении Ирана в СНГ, а о создании отдельного трека взаимодействия, который позволил бы Тегерану участвовать в работе Содружества без формальных процедур присоединения.

Среди заявленных направлений сотрудничества — энергетика, торговля, добыча полезных ископаемых, инвестиции, технологии, водные ресурсы, охрана окружающей среды, туризм, а также научные и культурные связи. Пезешкиан особо подчеркнул, что коридоры Север — Юг и Запад — Восток «не являются конкурентами, а элементами единой региональной сети».

Логика Тегерана: «связи, а не фрагментации»

Риторика иранского президента выстраивалась вокруг нескольких ключевых тезисов. Региональная дипломатия, по его словам, «должна стать инструментом управления кризисами, поддержания связи, предотвращения распространения конфликтов и активизации практического сотрудничества».

Тегеран хочет «связи, а не фрагментации, сотрудничества вместо разрушительной конкуренции и безопасности, основанной на доверии и общих интересах, вместо безопасности, основанной на угрозах». Иран позиционирует себя как «ворота», соединяющие Центральную Азию с открытым морем: порты в Персидском и Оманском заливах дают доступ к Южной Азии, Африке и Европе.

Пезешкиан также отметил, что страны региона «должны стать одними из ключевых участников формирования многополярного мира», а вместо конкуренции за энергетические рынки могут сформировать сеть производства, транспортировки и обмена энергией.

Экспертная оценка: «доказательство работающего проекта»

Программный директор Валдайского клуба Тимофей Бордачев оценил инициативу как выгодную обеим сторонам. По его мнению, для СНГ формат «+Иран» — это доказательство того, что организация представляет собой реально работающий политический проект.

Эксперт напомнил, что внутри Содружества существует огромное количество ресурсов, позволяющих осуществлять «гораздо более либеральный взаимный обмен на уровне торговли, передвижения людей и финансов», и СНГ «сохраняет высокую степень реальной интегрированности и открытости пространства».

Бордачев также отметил, что предложение Тегерана не противоречит его деятельности на треках БРИКС и ШОС, поскольку речь идёт только о расширении формата СНГ, а не о полноценном вступлении. Он напомнил, что при подготовке соглашения о зоне свободной торговли между Ираном и ЕАЭС в 2023 году по многим категориям иранская сельхозпродукция была сильным конкурентом для российских производителей — и это «не было самой простой задачей для торговых переговорщиков».

Контекст: Иран и СНГ — история отношений

Иран не является членом СНГ, однако поддерживает долгосрочные связи с отдельными странами Содружества. Тегеран имеет статус наблюдателя при ЕАЭС и активно участвует в Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), куда был принят в 2023 году. Соглашение о зоне свободной торговли между Ираном и ЕАЭС вступило в силу в 2019 году, а в 2023 году стороны подписали полноформатное соглашение о свободной торговле.

Предложение «СНГ+1» логично встраивается в эту линию: Тегеран стремится институционализировать свои связи с постсоветским пространством, используя уже существующие площадки как основу для нового формата.

Что стоит за инициативой

Предложение Пезешкиана — это не просто дипломатический жест. Это попытка Ирана закрепиться в архитектуре евразийских интеграционных процессов на фоне санкционного давления и поиска новых рынков.

Для СНГ формат «+Иран» открывает доступ к транспортным коридорам, которые связывают Центральную Азию с Персидским заливом. Для Тегерана — возможность участвовать в формировании региональной повестки без необходимости проходить сложные процедуры вступления в организацию, где он не является членом.

Вопрос в том, насколько страны СНГ готовы к такому формату. Иран — крупный региональный игрок с собственными интересами, и его участие может изменить баланс сил внутри Содружества. Однако сам факт приглашения Пезешкиана на саммит в «Авазе» и его предложение о «СНГ+1» говорят о том, что диалог уже начался — и это может стать первым шагом к новой конфигурации евразийского сотрудничества.